Президент России Владимир Путин заявил о необходимости объединения усилий для борьбы с террором. Это заявление, сделанное на фоне парижской трагедии, активно поддерживается и представителями российской власти, и отставными политиками на Западе, словом - всеми, кто не хочет смотреть в лицо реальности.

Заинтересован ли Владимир Путин в борьбе с Исламским государством и радикальным терроризмом вообще? Вне всякого сомнения. Настоящий террор - реальная угроза власти Путина. Хорошо помню обстановку в Москве в период захвата заложников в театральном центре на Дубровке во время мюзикла "Норд-Ост" . Было ясно, что если  кризис с заложниками продолжится еще несколько дней, то авторитет Путина растает - а вместе с авторитетом и власть. Именно поэтому российское руководство - несмотря на случайно ставшие достоянием общественности возражения тогдашнего главы правительства Михаила Касьянова - пошло на крайне рискованную операцию, приведшую к гибели многих ни в чем не повинных людей. Потом нечто подобное повторилось и в Беслане.

Может ли в Москве повториться массированная атака террористов по парижскому образцу? С одной стороны, в России нет такого количества предполагаемых сторонников Исламского государства. С другой - российские спецслужбы настолько некомпетентны и коррумпированы, что для проведения широкомасштабной террористической атаки в Москве нужны не люди, а деньги. А деньги у новоявленного халифата имеются. К тому же дестабилизировать российский режим, ставший главной опорой Башара Асада, для Исламского государства не менее важно, чем отомстить поддерживающим сирийскую оппозицию французам.

К тому же я не стал бы рассматривать в качестве главной арены для дестабилизации только Москву. За последнее десятилетие путинский режим буквально угробил северный Кавказ. В регионе установлены режимы, базирующиеся главным образом на коррупции, клановости, мздоимстве и всесилии спецслужб. Режим Кадырова в Чечне просто самый яркий, однако в регионе немало копий Кадырова. При этом ничего не делается для социальной адаптации местной молодежи, уровень безработицы среди которой буквально зашкаливает. Все это - питательная среда для дестабилизации Кавказа. А дестабилизация Кавказа - всегда дестабилизация России, к тому же в этом случае перманентный террор в больших российских городах становится обыденностью.

Поэтому для того, чтобы удержаться у власти, Владимиру Путину необходимо присоединиться к борьбе цивилизованного мира с исламским государством. Но парадокс ситуации состоит в том, что Путин хочет, чтобы цивилизованный мир присоединился к нему. В своей неуемной гордыне, в своей безумной жажде признания в качестве руководителя действительно серьезной страны, Путин просто не замечает, что выступает в роли такого же дестабилизатора мирового порядка, как и Исламское государство. И при этом упорно рубит сук, на котором восседает.

Для того, чтобы удержаться у власти, Владимиру Путину необходимо присоединиться к борьбе цивилизованного мира с исламским государством. Но парадокс ситуации состоит в том, что Путин хочет, чтобы цивилизованный мир присоединился к нему

Для того, чтобы победить Исламское государство, необходимо в первую очередь укрепить правительства Ирака и Сирии. Предположим, что в Соединенных Штатах возникнет понимание - возможно, уже при новой администрации - что курс на фактическое дистанцирование от иракских проблем был одной из очевидных ошибок президента Барака Обамы. Предположим, что Вашингтону удастся добиться нового баланса шиитов и суннитов в Багдаде - пусть даже для этого придется пойти на определенное сотрудничество с Тегераном. Но сможет ли иракская армия освободить захваченные Исламским государством территории страны? Ответ ясен - не сможет до тех пор, пока у террористов будет оставаться огромная база в Сирии. Для победы над Исламским государством необходимо действовать, синхронно укрепляя власть в Ираке и Сирии. Но для этого необходимо добиться ухода с политической сцены Сирии Башара Асада и демонтажа его режима. Потому что этот слабый коррумпированный и сектантский режим не воспринимается в качестве власти подавляющим большинством сирийцев. Зато его поддерживает Путин. Более того, Путин - это и есть основная причина, которая привела к усилению Исламского государства. Если бы московский безумец так упорно не поддерживал бы дамасского мясника, никакого краха Сирии, никаких миллионов беженцев, никакого теракта в Париже просто не было бы! Боевики локализовались бы в Ираке, легитимность властей которого не отрицается никем, и увязли бы в войне с иракской армией. Словом - были бы очередным Талибаном, а не мировым злом. Талибан ухитрился  ненадолго стать мировым злом - когда появился Бен Ладен с Аль-Каидой. Исламское государство стало мировым злом благодаря Путину и Асаду.

Путин - это и есть основная причина усиления Исламского государства. Если бы московский безумец не поддерживал бы дамасского мясника, никакого краха Сирии, никаких миллионов беженцев, никакого теракта в Париже просто не было бы

Для того, чтобы объединиться с Западом, Путину необходимо перестать играть в волшебника своего заплеванного Изумрудного города и заняться реальной политикой. Нужно не плодить хаос, а восстанавливать стабильность, в том числе и порушенную путинскими усилиями. А это означает - отказ от поддержки наемников на Донбассе и полная очистка украинской территории, начало процесса по возвращению Крыма, отказ от поддержки Асада, гармонизация российской операции в Сирии с усилиями западных союзников, а еще лучше - создание совместного командования этой операции во главе с одним из генералов НАТО. И это еще не условия, на которых Запад объединится с Путиным. Это - обстоятельства, при которых могут начаться консультации об объединении. Согласится ли с такими обстоятельствами Путин? Да никогда в жизни. То, что для любого вменяемого человека является просто голосом здравого смысла, для Путина - капитуляция.

Именно поэтому на Западе рано или поздно придут к простому выводу: для настоящего преодоления террора необходима победа над Исламским государством. А для победы над Исламским государством необходимо изменение политического курса российского политического режима - или его демонтаж. Без второго просто не может быть первого. Это как раз то, что пытается донести до российского президента его американский коллега - и то, чего Владимир Путин никогда не поймет.


Виталий Портников, журналист