01.05.2015, 09:37

Какие цели преследуют депутаты, пугая бизнес национализацией

Какие цели преследуют депутаты, пугая бизнес национализацией

Законопроекты о национализации АТБ и Бруснички: политический популизм, деолигархизация или госкапитализм скандинавского образца?

На прошедшей неделе депутаты правящей коалиции отметились новой инициативой: национализировать крупнейшего украинского продуктового ритейлера - АТБ. Инициатива, подкрепленная некими обвинениями в финансировании терроризма, оперативно переросла в законопроект. А через день речь пошла еще и о национализации розничного бизнеса Рината Ахметова - сети продовольственных магазинов Брусничка.

Все это можно было бы списать просто на межолигарховые разборки и "деолигархизацию", или заподозрить, что "правые депутаты" решили строить в Украине государственный капитализм германского или шведского образца. Но в таком случае очень странен выбор объектов национализации: розничные сети не трогали ни правые режимы межвоенной Европы, ни социал-демократические скандинавы. За последние десятилетия я знаю только две страны, которые пошли таким путем: Зимбабве и Венесуэла. Там это сделано было с целью "борьбы со спекулянтами". А в результате полки национализированных супермаркетов просто опустели.

За последние десятилетия я знаю только две страны, которые пошли таким путем: Зимбабве и Венесуэла. Там это сделано было с целью "борьбы со спекулянтами". А в результате полки национализированных супермаркетов просто опустели.  

В этой истории совершенно непонятны цели инициаторов законопроекта. В комментариях прессе некоторые из них заявляли, что "в селе под Мариуполем местные жители рассказали мне, что АТБ финансирует сепаратистов". И это сеть, чьи акционеры 20 лет успешно развивали бизнес и при всех прежних властях держались как можно дальше от политики? Возможно, депутатов вдохновил пример ДНР/ЛНР, уже "национализировавших" более 150 магазинов АТБ на оккупированных территориях?

Конечно, ко многим донбасским бизнесменам могут возникнуть вопросы у украинских правоохранителей по поводу их участия в событиях в регионе. Но только суд может выносить какие-то обвинительные вердикты и наказывать за преступления, если мы желаем строить современное правовое европейское государство. И даже в таком случае наказанием может быть конфискация орудия преступления или незаконной наживы, а не национализация честных активов. Национализация же в правовом государстве возможна только за справедливую компенсацию в интересах защиты государства и общества.

Можно предположить, что депутаты и желали национализировать крупнейших ритейлеров в проблемных восточных и центральных регионах страны с целью выполнения социальных функций - снабжения бедного населения дешевым продовольствием. Только мой личный опыт показывает, что это путь тупиковый. В 2005 году, когда я руководил отделом развития продовольственной сети, в Шевченковском районе Киева рядом с нашим супермаркетом открылся муниципальный продовольственный спецмагазин для ветеранов и пенсионеров. Его закрыли менее чем через полгода - цены там в среднем были на 30% выше наших.

В 2005 году, когда я руководил отделом развития продовольственной сети, в Шевченковском районе Киева рядом с нашим супермаркетом открылся муниципальный продовольственный спецмагазин для ветеранов и пенсионеров. Его закрыли менее чем через полгода - цены там в среднем были на 30% выше наших.  

В истории Западной Европы есть пример удачной политики национализации - Швеция 70-х годов ХХ века, где многие предприятия стратегического значения для сохранения экономического суверенитета страны были национализированы. После нескольких реорганизаций сейчас большинство из них продолжают оставаться в полной или частичной государственной собственности (около четверти всех предприятий страны). Национализируя предприятия, оказавшиеся в затруднительном положении в результате нефтяного кризиса (от горнорудных и металлургических до лесозаготовок и верфей), правительство Швеции исходило из понимания четких государственных интересов:

  • сохранение высокомаржинального производства на территории Швеции;
  • сохранение рабочих мест и налоговых поступлений от предприятий;
  • недопущение превращения страны в сырьевой придаток иностранных производителей;
  • обеспечение населения социально важным продуктом по минимальной цене.

Последний пункт очень важен. В Украине под социальным бизнесом чаше всего подразумеваются магазины с дешевыми продуктами для пенсионеров. Но практика показывает, что как раз розничная торговля продуктами - одна из немногих сфер, где законы открытого рынка и легкость вхождения в бизнес действительно позволяют конкуренции при минимальном разумном контроле государства добиться лучшего предложения для всех слоев покупателей. В Швеции же социальный продукт - центральное отопление.

Зима в Киеве длится свыше 100 дней со средней температурой около -5 °C ниже нуля и похожа на стокгольмскую. В скандинавских странах подавляющее большинство домов в городах (в Копенгагене 98%) так же, как в Украине, отапливаются центральным отоплением. По статистике, в Швеции свыше 400 муниципальных теплосетей централизованно снабжают теплом 92% всех многоквартирных домов в стране и 80% всех прочих помещений - почти весь сектор теплоснабжения монополизирован госструктурами. При этом, по данным компании Forum, обогрев центральным отоплением частного дома в Стокгольме обходится на 30% дешевле, чем самостоятельно газовым котлом.

Почему же скандинавы, в отличие от украинцев, не допускают в эту отрасль частный капитал? Тут надо признать один основополагающий факт. В условиях холодной зимы наших широт центральное отопление в городах является безальтернативной естественной монополией, от нормального функционирования которой напрямую зависит жизнь и здоровье населения. Поэтому шведское, датское или финское государство не может поставить жизнь граждан и возможность функционирования среднего и малого бизнеса в зависимость от чужой воли и алчности. Задача скандинавских теплосетей - не зарабатывание прибыли для инвестора, а обеспечение потребителя услугой за минимальную цену, позволяющую эксплуатировать и модернизировать инфраструктуру. В противном случае вся сверхплата за услугу становится скрытым налогом, который ложится дополнительным бременем на бизнес и население. А в случае, если эту инфраструктуру контролирует частный инвестор, налог отходит ему.

Украинская система естественных монополий нуждается в реформе - четком регулировании, честных тарифах и ответственных местных хозяевах, как в Швеции. Их проведение повысит привлекательность Украины для инвестиций - хороший доступ к качественной недорогой инфраструктуре. Это одно из самых главных условий для инвестора при выборе места работы. Более важно разве что наличие платежеспособного клиента на месте.

А пока инвесторы предпочитают обходить стороной неспокойную страну, где правящая коалиция шарахается от тотальной приватизации к национализации, которую инициируют лидеры самой конкурентной ниши экономики - ритейла. 

Александр Ланецкий, управляющий партнер консалтинговой компании Retainet 

Материалы, публикуемые в разделе "Мнения", отражают исключительно точку зрения их авторов и могут не совпадать с позицией редакции портала ЛІГА.net и Информационного агентства "ЛІГАБізнесІнформ".
Отправить:
Теги:
Если Вы заметили орфографическую ошибку, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter.
Реклама
Реклама
Популярное
Реклама
Реклама
Реклама
Загрузка...