UA

Принципы и наследие Гельмута Коля

26.06.2017, 15:23

Покойному канцлеру Гельмуту Колю удалось почти невероятное - успешное объединение Германии


Со смертью Гельмута Коля от нас ушла "крупнейшая фигура на европейском континенте за десятилетия", как называл Билл Клинтон бывшего канцлера Германии. Коль обладал множеством талантов успешного политика - амбициозность, беспощадность, настойчивость, тактическое мастерство, а также понимание настроений простых людей. В отличие от двух предшественников, Вилли Брандта и Гельмута Шмидта, у него не было харизмы (у Брандта она имелась в изобилии) или дара красноречия. Но зато у него было, в отличие от преемников, ясное представление о будущем своей страны. Именно это и позволило Колю достичь того, что ранее казалось невообразимым: воссоединение Германии внутри объединенной Европы.

Многие, особенно в Германии, вспоминая те невероятные месяцы в конце 1989 и начале 1990 годов, когда испарился советский контроль над Восточной Европой, до сих пор, кажется, удивляются тому, как этот как будто провинциальный и до скучного нормальный человек смог воспользоваться шансом объединить свою расколотую страну и ловко обыграл всех противников. Они, наверное, думают, что Колю повезло оказаться в нужном месте в нужное время.

Но удача в дипломатии редко оказывается делом случая; удачу необходимо заслужить. Летом 1989 года Коль был точно так же удивлен скоростью развития событий, как и все остальные. Однако он потратил все время с момента вступления в должность канцлера в 1982 году на подготовку к этому вероятному зову истории.

Траурный портрет Гельмута Коля (Фото EPA / Sascha Steinbach)

Фото EPA / Sascha Steinbach

Внутриполитические вопросы неизбежно требовали от Коля внимания и мастерства. Если бы это было иначе, вряд ли он стал бы доминирующей фигурой в своей партии и в стране, причем дольше, чем любой другой немецкий канцлер со времен Отто фон Бисмарка. Однако в его мыслях на первом месте оставалась цель гарантировать будущее Германии в мирной Европе, и это стало его величайшим даром. Будучи в то время журналистом немецкого еженедельника Die Zeit, я часто лично общался с Колем в его боннском офисе. "Внешняя политика, - говорил он мне, - важнее внутренней политики, потому что ошибки в ней могут очень дорого обойтись".

Вспоминая те невероятные месяцы, когда испарился советский контроль над Восточной Европой, многие до сих пор удивляются тому, как этот как будто провинциальный и до скучного нормальный человек смог воспользоваться шансом и объединить расколотую страну. 

Главным методом Коля, который помогал ему не допускать таких ошибок, было создание доверительных отношений со всеми державами, большими и маленькими, которые имели значение для благополучия Германии. Более того, Германии была необходима внешняя поддержка при любом варианте национальной реинтеграции, если бы такой вариант появился. В то время как для Шмидта ключевым стратегическим инструментом была уверенность в политических расчетах, для Коля таким инструментом было создание доверия. И он активно занимался его укреплением и формированием.

Коль стремился к максимально тесным отношениям с главным и незаменимым союзником страны - США - с самого начала своего правления. После падения правительства Шмидта в 1982 году из-за массовых народных протестов против размещения американских ядерных ракет средней дальности, Коль занял твердую позицию, понимая, что, поддавшись общественному давлению и не выполнив обязательства Германии, он подорвет уважение и доверие со стороны США, а также свой авторитет в глазах Москвы.

Годы спустя, когда стены в Европы дали трещину, Коль наладил уникально доверительные отношения с Вашингтоном. В лице президента Джорджа Буша он нашел твердого и решительного сторонника воссоединения, который мог гарантировать, что Германия выйдет из этого процесса, оставшись прочно привязанной к Западу.

Михаил Горбачев и Гельмут Коль (Фото EPA / David Brody)

Михаил Горбачев и Гельмут Коль (Фото EPA / David Brody)

Тем временем, хотя стареющий СССР и его немощное коммунистическое руководство давали мало поводов для надежды на прогресс, Коль продолжал политику разрядки напряженности, начатую Брандтом и Шмидтом, хотя против нее активно выступала его собственная партия. Когда к власти пришел Михаил Горбачев, Коль сначала отнесся к смелым предложениям нового советского лидера о сокращении вооружений как к банальной пропаганде а-ля Йозеф Геббельс.

Однако как только Коль увидел серьезность намерений Горбачева, он быстро воспользовался своей стратегией формирования доверия и наладил личные тесные отношения с человеком, без которого никакие мирные изменения на карте "холодной войны" в Европе были бы невозможны. Впрочем, когда такой шанс представился, заключенное в итоге соглашение, весьма выдающееся на фоне тогдашнего политического климата, стало возможным лишь потому, что Коль всегда думал о финальной цели.

Для Коля вопрос тесного объединения Европы был крайне эмоциональным, это было ключевое условие для мира в Европе и процветания Германии. Он сумел завоевать доверие французского президента Франсуа Миттерана и дружбу Жака Делора, председателя Европейской комиссии и архитектора европейского общего рынка.

Не менее значимой была и сеть контактов, которую Коль наладил со всеми странами, окружающими Германию. Он много читал об истории этих стран и хорошо понимал, как история повлияла на их отношение к Германии. Он был убежден, что, будучи страной с крупнейшей экономикой в Европе, Германия должна была быть самым конструктивным, если не самым щедрым, членом европейского клуба.

Однажды, к моему удивлению, Коль спросил меня, не укрепляет ли страхи перед доминированием Германии его большая масса - у него был рост 193 см, а вес - более 136 кг. Мне было не трудно его переубедить. Когда в 1989 году открылась перспектива воссоединения Германии, многолетняя работа Коля над созданием доверительных отношений была вознаграждена: успокоив тревоги в различных европейских кругах, он смог заручиться необходимой поддержкой.

Сегодня стратегия Коля по выстраиванию доверия до сих пор слышна в официальной немецкой риторике, хотя на практике она проводится менее последовательно. Бесполезно спекулировать на тему того, как бы он реагировал на отчуждение России от Запада в тот момент, когда его еще можно было предотвратить, или ответил бы он, в отличие от канцлера Ангелы Меркель, немедленным проявлением солидарности, причем более быстрым и действенным, на греческий долговой кризис 2010 года. Стал бы Коль в ответ на поведение президента Дональда Трампа публично дистанцироваться от США? Или же он, напротив, попытался бы укрепить основы трансатлантических связей?

Гельмут Коль (Фото EPA / Martial Trezzini)

Гельмут Коль (Фото EPA / Martial Trezzini)

Одно представляется очевидным: Коль не стал бы стремиться к одним лишь краткосрочным и популярным внутри страны решениям. Вместо этого, он оценивал бы все эти проблемы с точки зрения их влияния на европейский порядок, главную выгоду от которого получала (и получает) Германия. И он бы интегрировал любые политические решения в долгосрочную стратегию будущего Германии и Европы.

Именно за это незаменимое качество подлинного государственного деятеля, а не только за его заслуги в воссоединении Германии, Коль заслуживает того, чтобы его помнили и оплакивали.

Кристоф Бертрам
бывший директор Германского института международных отношений
и международной безопасности в Берлине

Copyright: Project Syndicate, 2017

Подписывайтесь на аккаунт LIGA.net в Twitter, Facebook и Google+: в одной ленте - все, что стоит знать о политике, экономике, бизнесе и финансах.

Если Вы заметили орфографическую ошибку, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter.
Статьи, публикуемые в разделе "Мнения", отражают точку зрения автора и могут не совпадать с позицией редакции LIGA.net
Вакансии
Больше вакансий
Project Manager (впровадження CRM)
Киев Група компаній ЛІГА
Редактор стрічки новин
Киев Медіа холдинг Ligamedia
Head of PR
Киев Група компаній "ЛІГА"
Разместить вакансию

Комментарии

Последние новости
Популярное