UA

Истории | Билет в вагон люкс. Репортаж об эвакуации из Киева

Билет в вагон люкс. Репортаж об эвакуации из Киева - Фото
Иллюстративное фото: ZURAB KURTSIKIDZE / EPA-EFE
03.04.2022, 16:00

Как журналистка LIGA.net Оксана Савченко вместе с ребенком эвакуировалось из Киева в те дни, когда паника охватила тысячи жителей

Я научилась убегать. Мы с дочерью решение приняли быстро. Я собрала вещи – самое необходимое: по одной паре брюк и худи, дочери и себе. Запихнула в рюкзак четыре дезодоранта. Их я зачем-то взяла во время первой воздушной тревоги. Зачем? До сих пор теряюсь в догадках. Но они до сих пор со мной. Я их никогда не выброшу, даже если они закончатся.

До этого мы пять дней сидели в коридоре. В бомбоубежище спустились лишь раз – подвал был оборудован хреново, вернее, выглядел как обычный подвал – так что лучше уж коридор с несущими стенами в квартире. Спусковым крючком стал момент, когда моя дочь отказалась выходить из-под стола и у нее из носа пошла кровь. В первый раз в жизни.

Тогда я поняла: надо валить. Уезжать не хотелось. Это иррациональное чувство, но в Киеве я чувствовала себя на своем месте. Мой ребенок зависел от меня. И опыт бомбежки ей на фиг не был нужен.

Когда ты приняла решение бежать – важно не зацикливаться на экзистенциальных вопросах, лучше решать логистические задачи. Мы сидели на левом берегу, с которого в начале марта на правый – к Центральному железнодорожному вокзалу – выбраться было невозможно. Метро туда не ходило. Такси не ездило. Значит, выезжать надо было с Дарницкого вокзала.

Утром пришла информация, что оттуда будет поезд во Львов. Один. У меня был час на сборы. С 90-х я четко знаю: когда оказался в жопе, надо держаться компании, а еще чтобы рядом с тобой был мужчина. Тогда есть возможность выбраться. Надежный мужчина у меня есть.

Периодически на вокзале сдавали у кого-то нервы. Большинство мужчин не собирались никуда уезжать, девушки и женщины либо рыдали, либо нервно смеялись, обнимая их.

И компания нашлась. Поскольку война переплетает людей из совершенно разных отрезков твоей жизни, то получилось так, что я решила отправиться на вокзал в компании Инны, с которой виделась лишь однажды больше двадцати лет назад на дне рождения общего приятеля.

От подруги я узнала, что Инна, так же как и я, живет на левом берегу, у нее сын-подросток и она хочет уехать. Накануне мы созвонились и договорились, что поедем вместе в день, когда появится информация о поезде.

Вместе мы решили попытаться сесть на тот единственный поезд, который шел во Львов. Вызвали такси на Дарницкий вокзал. Обошлось это в 1000 грн. В момент, когда машина подъезжала, снова объявили воздушную тревогу. Я боялась только одного, что водитель отменит заказ. Не отменил. На вокзал мы прибыли вовремя. Мы – это две женщины, мужчина и дети-подростки: моя дочь и сын старой-новой знакомой.

Инна оказалась профессиональной спортсменкой. Это важно, потому что потом сыграло нам на руку.

На вокзале было многолюдно – несколько тысяч точно. Все ждали поезд, нервничали, не было ясно, на какой путь он прибывает. Смешались женщины, дети, животные, мужчины, которые провожали женщин. Там же мы познакомились с Анной, мамой двух близнецов – мальчиком и девочкой девяти лет. Анна невысокого роста, с двумя увесистыми сумками. Решили ехать всемером.

Подписывайтесь на рассылки LIGA.net: только главное в вашей почте

Было холодно, температура стояла минусовая. Через несколько часов ожидания опаздывающего поезда я пожалела, что отказалась надеть термобелье. Подумала, как хорошо, что мы взяли чай в термосе. Если вы собираетесь бежать – надо продумать, во что вы будете одеты. Надеть теплые вещи и удобную обувь, в которой можно бегать.  Рюкзаки – чем легче, тем лучше.

Периодически на вокзале сдавали у кого-то нервы. Большинство мужчин не собирались никуда уезжать, девушки и женщины либо рыдали, либо нервно смеялись, обнимая их.

У интеллигентного вида дамы, стоящей рядом с нами, началась истерика. Я никогда не думала, что женщина с таким интеллигентным лицом может так истошно и визгливо орать только потому, что решила, что другая хочет занять ее место. Во время эвакуации, когда рядом начинается скандал, лучше держаться вместе.

Две женщины чуть ли не дрались за пятачок перрона, их спутники орали друг на друга, подбоченясь, как два бойцовских петуха. Одна пнула увесистый чемодан другой. Дело запахло мордобоем. К ним подошел мой мужчина и довольно быстро разрулил ситуацию. Всегда хорошо, когда рядом есть тот, кто умеет решать такие вопросы без криков и драки.

Поскольку посадка на поезд была стихийной – каждый на перроне пытался забронировать то место, куда теоретически должен подойти поезд. Правило бегства: если ты где-то стал, там и стой, не ищи место лучше. Все равно не угадаешь. Только потратишь силы.

Поезд, которого с таким нетерпением все ждали, пришел на другой путь. Толпа ринулась к нему прямо через пути. Такую картину я видела только в американских фильмах об апокалипсисе. Кто-то упал, раздался истошный женский крик. Лай собаки. И, конечно же, упавший чемодан, из которого вывалился ворох вещей.

Билет в вагон люкс. Репортаж об эвакуации из Киева
Такую картину я видела только в американских фильмах об апокалипсисе. Кто-то упал, раздался истошный женский крик. Лай собаки. И, конечно же, упавший чемодан, из которого вывалился ворох вещей.

Пока толпа неслась потоком, мы стояли на месте. Три мамы, четверо детей и мой мужчина. В считаные минуты интерсити Киев-Львов был набит людьми под завязку – как килька в банке. Кому-то повезло сесть, остальные стояли впритык. Поезд тронулся, на перроне остался чей-то громадный чемодан, видимо, его обладатель не смог затащить его в поезд. Юноша помогал подняться с рельс пожилой женщине.

Прошел слух, что подадут еще один – на Тернополь. Когда именно – никто не знал. Прозвучало маловнятное объявление, из которого вообще ничего не было понятно. Снова объявили воздушную тревогу. Но на это никто не обратил никакого внимания. Спортсменка пожалела, что не взяла коньяк – сейчас бы он очень пригодился.

Я прихватила с собой термос с чаем. Но у меня не было стаканов. Одноразовые пластиковые стаканчики нашлись у мамы близнецов Анны. Когда я налила чай в один из них, горячая жидкость стала проливаться сквозь дырки в дне стаканов. Оказалось, Анна в суматохе купила вместо обычных стаканчиков горшочки для посадки растений.

Теперь я знаю, как выглядит паника – это не всегда громкие крики и плач. Иногда это четыре дезодоранта в рюкзаке и пластиковые горшочки для посадки растений вместо стаканчиков. Наши дети за три часа при минусовой температуре замерзли. Чтобы согреться, они стали исполнять какой-то странный танец, напоминающий индейский – высоко поднимая колени, перепрыгивали с ноги на ногу.

Читайте нас в Telegram: проверенные факты, только важное

Мы по очереди ходили в туалет. От перрона до него было шагов двести. Мы с дочкой оставили рюкзаки и пошли в туалет. Благо в самом заведении очереди не было. Как и бумаги. Была только усталая женщина, работавшая здесь.

Когда я расстегивала ремень и первую пуговицу на брюках, подумала, что сейчас по закону подлости я не успею пописать и застегнуть штаны, потому что раздастся звонок по телефону и мне скажут, что пришел поезд и надо срочно бежать. Стоит ли говорить, что точно так все и произошло.

Когда мы с дочерью неслись по перрону, я думала о том, как хорошо, что мое зимнее пальто длинное. И не видно трусов – штаны без пояса спадали. После этого я не буду ходить в туалет еще сутки, я просто забуду, что мне туда было надо. Так работает адреналин.

Поезд остановился очень далеко от того места, где мы расположились. Очень далеко. Из потенциальных пассажиров не угадал никто, поэтому оставшаяся продрогшая толпа ринулась снова через рельсы к поезду.

Быстрее всех из нас бегала Инна, ее бледно-розовая шапка в этом безумном трипе станет для меня маяком еще не раз. Я бежала за Инной, моя дочь – за мной. Анна очень отставала – позже я узнала, что у нее проблемы со спиной и она не может быстро бегать. Ее сумки тащил мой мужчина. Близнецы ориентировались на мою дочь.

Первой в уже переполненный вагон забежала Инна с сыном-подростком. Потом я с дочкой. Потом близнецы, затем Анна. Вагон уже был забит. Я приготовилась ехать стоя. В этот момент прошел слух, что поезд едет не в Тернополь, а в Винницу. Моментально вагон опустел. Остались только мы и еще несколько человек. Зато мы сели. Нам уже было все равно, куда ехать.

В этот момент прошел слух, что поезд едет не в Тернополь, а в Винницу. Моментально вагон опустел. Остались только мы и еще несколько человек. Зато мы сели. Нам уже было все равно, куда ехать.

Буквально через пару минут выяснилось, что информация ошибочна, и люди тут же стали снова заскакивать в поезд. В этой суматохе я постоянно старалась держаться поближе к моему мужчине. Я успела его крепко обнять. В поезд африканец затолкнул двух маленьких детей-метисов и заплаканную молодую женщину. Поезд тронулся, мы с ней стояли у двери, прижав лица к окну, и смотрели, смотрели на исчезающий вокзал с оставшимися там дорогими людьми.

Билет в вагон люкс. Репортаж об эвакуации из Киева

Описывать наш путь смысла нет. Он похож на путь других киевлян. И сейчас я понимаю, что наш трешевый вариант был лайт-вариантом по сравнению с тем, как выезжали люди из Мариуполя или Харькова. Что я запомнила?

Очень уставших людей с опрокинутыми лицами и темными кругами под глазами, тихих детей, больших породистых собак с поджатыми хвостами. Запах курева из туалета, на который никто не обращал внимания.

Мы прибыли в Тернополь ночью, когда уже начался комендантский час. Зарегистрировались на вокзале, на котором находилось уже очень много беженцев. Затем сотрудница мэрии посадила нас в видавший виды бобик, и мы поехали в общежитие. Впервые мы уснули спокойно. Было холодно, но мы спали крепко.

Утром поехали в квартиру знакомого Анны – спокойного и участливого человека, который воевал в АТО и который объяснил нам, жителям каких этажей стоит опасаться баллистических ракет, "градов", танков. У нас была возможность помыться, согреться, выдохнуть. Обед нам принесли волонтеры.

В Тернополе можно было купить сигареты и медикаменты почти без очереди по сравнению с Киевом. Воздушная тревога была объявлена всего два раза. Специфика Тернополя в том, что поскольку город небольшой, слышно сирену очень хорошо в отличие от Киева. И, конечно, наши уже успокоившиеся дети очень сильно расстроились, когда снова услышали "воздух".

В 21:00 мы поехали на вокзал, наш поезд Тернополь-Ужгород должен был прибыть в два ночи. Из-за комендантского часа мы приехали за пять часов. Эти пять часов мы провели на вокзале. Картина повторилась: прибывали новые поезда из Киева или Харькова, из них выходили измятые войной люди. Многие с животными. Некоторые мамы орали на отставших детей, они боялись потерять их в толпе.

В Тернополе можно было купить сигареты и медикаменты почти без очереди по сравнению с Киевом.

Мы несколько раз спускались в бомбоубежище, так как снова звучал осточертевший "воздух". Примерно в час ночи объявили, что наш поезд опаздывает на полтора часа. Поскольку мы встали со своих мест в зале ожидания, их тут же заняли новоприбывшие пассажиры. На улице было холодно. Пошел снег.

Мы решили коротать время в бомбоубежище. По крайней мере, там не так холодно. В бомбоубежище мне запомнился араб – папа двух маленьких мальчиков, который прижимал к себе сыновей. У него было очень наше выражение лица. Война ставит знак равенства между людьми любых национальностей.

Наш поезд пришел только в четыре утра. Наши дети на стресс реагировали по-разному. У моего ребенка шла из носа кровь, девочку-близняшку тошнило, а мальчик-подросток то и дело бегал уточнять в справочной, когда будет поезд.

На платформе мы стояли в толпе людей. Это было похоже на кинохронику времен Второй мировой, только у всех беженцев были гаджеты, в которые они постоянно заглядывали. Телефоны периодически садились. Их можно было зарядить у единственной розетки в бомбоубежище.

У нас были билеты на поезд – четыре на семерых. Один из них – в вагон люкс. Все в разных вагонах. Билеты удалось с большим трудом купить брату Инны, который живет в Германии. По цыганской почте мы узнали, что здесь, так же как и в Киеве, поезда пассажиры берут штурмом. Это означало, что если мы разделимся – толпа поодиночке нас просто затопчет, и мы с детьми не сможем сесть в поезд. Поэтому приняли решение – держаться вместе и ломиться в один вагон.

Договорились, что самой первой идет Инна – профессиональная спортсменка, самая высокая и сильная из нас. Мы же с Анной передаем Инне детей и заскакиваем за ней. При этом у каждой из нас на смартфоне был открыт билет – это давало хотя бы какие-то преференции.

Первым огни поезда заметил сын Инны. Мы сгруппировались. Впрочем, то же самое сделали и сотни других людей. Наши дети жались к нам, как котята. Сложнее всего было Анне с близнецами, которые прихватили с собой еще и кролика. Кролик сидел в переноске для хомяка, заполнял собой полностью все пространство. Когда на вокзале я его пыталась оттуда вытащить, чтобы прогулялся, он вжал уши и даже мордочку не высунул. В общем, поезд подошел, и тут произошло неожиданное событие, сломавшее наш план.

Двери открылись не во всех вагонах, а только в нескольких. Через два. Ясно, что мы стали не там, где надо. Инна сориентировалась первой и бросилась к ближайшему вагону с открытыми дверьми. За ней понесся ее сын. Я бежала за ней. Моя дочь отставала, потому что переживала, что близнецы потеряют нас в толпе. Анна "шла" последней. Я по привычке ориентировалась по бледно-розовой шапке Инны.

Присоединяйтесь к Instagram LIGA.net: здесь только то, о чем вы не можете не знать

Она и сын заскочили в вагон с криками, что у них билет и с ними еще две мамы и дети. Мне же путь к входу в вагон заблокировала габаритная тетка, которая втаскивала свои чемоданы и ребенка – билета у нее не было. Инна показывала на меня пальцем и кричала, что у меня тоже билет и дети, я тоже кричала, что у меня билет и дети. Мне удалось подняться на подножку. Моя дочь пропустила вперед близнецов – благо они, несмотря на свои девять лет, метр с кепкой и худенькие. Я втащила одного – не помню, мальчика или девочку. Другой ребенок споткнулся из-за поднапиравшей толпы, но его подсадила Анна, которая пробралась уже к двери вагона.

В этот момент я увидела, что мою дочь отпирает толпа, и орала, чтобы они ее пропустили. Проводница кричала на ломящихся в вагон мужиков, что пускает только женщин и детей. Мне удалось, стоя на подножке вагона, схватить дочь за руку, но я не могла ее втащить – какие-то люди из толпы ее намеренно блокировали.

И тут маленькая и, на первый взгляд, слабая Анна сделала резкий поворот бедром, на котором висела ее большая сумка. Благодаря этому приему образовался небольшой проем, в который я и она втащили мою дочь. Люди пытались не пустить Анну, мы с Инной орали, что у нас билеты и Анна с нами, она – мать близнецов. В итоге мы втащили Анну. В спину ей раздалось: "Сука!"

В итоге мы втащили Анну. В спину ей раздалось: "Сука!"

Проводница сказала, что все – больше никого не берет. Кто-то в толпе обезумевших людей протяжно протянул: "Ну пожалуйста!" Это "ну пожалуйста" снится мне до сих пор.

Мы вошли в купейный вагон. О том, что мы сядем на свои места, речи не шло. Половина узкого коридора (примерно полшага в ширину) была занята такими же, как и мы, беженцами. Не премину заметить, что основательный участок занимала габаритная тетка с чемоданом – та, которая оттолкнула меня.

Все купе были закрыты. Всемером мы сели на пол, дети моментально уснули, натянув на головы капюшоны. Через нас – в прямом смысле слова переступая через головы, пробиралась девушка в туалет. Он оказался закрыт. Добраться через весь вагон в другую его часть было невозможно – разве что ступая по людям. Девушка справила нужду в тамбуре. Когда она возвращалась, плакала.

У меня слез не было. Я очень четко осознала в этот момент, что мой пацифизм навсегда пошел по курсу российского военного корабля. Я испытала такую ненависть, которую не испытывала никогда. Я поняла, что  готова защищать своего ребенка и Родину с оружием в руках. Надо лишь дочь поставить на ноги.

Я осознала, что не прощу никогда русским ни этого коридора в поезде, ни всех тех ужасов, которые они натворили в моей стране. Ни этого унижения, когда ты выхватываешь из толпы своего ребенка и орешь на других людей, чтобы они его пропустили, что он с тобой и у тебя гребаный билет в вагон люкс. И того, кто на заснеженном перроне умолял проводницу: "Ну пожалуйста".

Post Scriptum

Утром мы приехали в Ужгород. По традиции поезд опоздал на два часа. Мы вызвали такси и за 95 грн доехали до границы со Словакией. Прошли ее минут за 20. Наши хлопцы-пограничники помогли с сумками.

При пересечении границы тут же эти сумки подхватили словаки. По одну и по другую сторону были волонтеры с чаем и едой. У словаков мы получили бесплатные карточки для мобильных – оператора O2, которые обеспечивали бесплатным интернетом и звонками в Украину и Европу.

Здесь же можно было взять любые гигиенические принадлежности. Все пытались накормить нас и наших детей. Мне кусок в горло не лез. Я понимала, что покидаю Родину.

Нас встретил друг и помог устроиться в Кошице. Столько участия и помощи, сколько я встретила в Словакии, я не видела, пожалуй, нигде. Разве что на Майдане в 2013-2014 году. Мне бы хотелось перечислить имена людей, которые помогли нам по обе стороны границы. Саша из Киева, Саша из Тернополя; Павел, Адриана, Роксана, Томаш, Юлиана, Лукаш – из Кошице. Спасибо!      

Если Вы заметили орфографическую ошибку, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter.
Вакансии
Больше вакансий
Разместить вакансию

Комментарии

Последние новости