Замок в Вашингтоне, но ключ в Пекине: почему встреча в Абу-Даби не даст быстрых результатов

Переговоры в Абу-Даби многим дают надежду на скорый мир. Но давайте попробуем выйти за пределы шаблонного представления о том, что это переговоры "о территориях".

Точнее, территории являются одним из столпов этих переговоров. Но они также являются и ширмой, за которой скрывается более глобальный фон.

Арктика. В результате переговоров США хотели бы получить то, о чем им так много говорит Кирилл Дмитриев: доступ к углеводородам и редкоземам Арктики, а также доступ к определенным логистическим центрам северного морского пути. За год американцы, похоже, практически не продвинулись здесь вообще.

Почему этот аспект важен? Дело в том, что у России есть один глобальный козырь: Арктика. И здесь Путин является классической "собакой на сене": Россия не может производить ледоколы, не может добывать нефть в тех сложных условиях и имеет ограниченный ресурс по очистке редкоземов. В связи с этим у Путина есть три варианта развития событий:

– попытаться продать Арктику Китаю;

– попробовать диверсифицироваться между Китаем и США (запустить и тех, и других);

– ничего не делать.

Пока мы имеем ситуацию, когда Путин выбирает третий вариант, надеясь, что Вашингтон и Пекин согласятся на второй.

Снятие санкций. Кроме территорий, Путин требует снятия санкций. Без этого он не может заканчивать войну. Снятие санкций, кроме всего прочего, предполагает возвращение (хотя бы частичное) российских компаний на европейские рынки углеводородов. Но здесь Путин упирается в двойную стену: США считают, что европейский рынок должен контролироваться именно США. И пока к возвращению россиян вообще не готова Европа.

Ослабление России. Ослабленная Россия устраивает абсолютно всех: США, ЕС и Китай. Продолжение войны – это точно ослабление РФ.

Фактор Китая. Пекин не будет играть в окончание войны, пока это не будет игрой Китая или он хотя бы не станет равноправным партнером США в этой игре. А Вашингтон пока не демонстрирует заинтересованности (читай п. 1). Есть, конечно, надежда на переговоры Трампа с Си, но пока она очень призрачна, прежде всего из-за позиции Трампа. Хотя, повторю то, что говорил много раз: ключ к быстрому миру есть только у Китая.

Запас прочности России. Кризис (экономический) в России наступит в середине 2027 года, если совпадут два фактора: все это время будет сохраняться негативная нефтяная конъюнктура (низкая нефтяная цена и охота за теневым флотом) и продолжится серьезное накопление управленческих ошибок. У нас нет ответа на вопрос цены и пока мы не понимаем, продолжит ли США догонять танкеры и пойдут ли европейцы дальше слов (имею в виду заявление о закрытии Балтийского моря).

В целом все это указывает на то, что с точки зрения логики, завершение переговоров в краткосрочной перспективе маловероятно. Однако я все же остаюсь при мнении, что логика американских выборов и низкие рейтинги республиканцев могут существенно повлиять на ускорение определенных процессов. И у нас сохраняется переговорное окно возможностей апрель-май (после переговоров Трамп – Си).

Оригинал