UA

Разбор | "Три недели собираю справки". Почему запись в тероборону превращается в хождение по мукам

23.02.2022, 12:02
Учения, Киев (Фото - Тероборона ВСУ)

Еще 14 февраля появилась новость: "На Крещатике открыли первый рекрутинговый центр теробороны". Об этом на брифинге заявил мэр Киева Виталий Кличко и добавил, что местные власти совместно с Минобороны работают над максимальным упрощением процедуры заключения контракта резервиста территориальной обороны. 

 "Сейчас процедура сложная и растянутая во времени. Доброволец должен несколько дней только справки собирать и ходить в военкомат. Мы же создаем "единое окно", – сказал мэр. На практике все работает не совсем так. Люди собирают справки неделями, а новый рекрутинговый центр теробороны только предоставляет консультации о том, что входит в пакет документов, и дает контакты командиров батальонов. Все то же самое можно узнать в своем районном батальоне или позвонив на горячую линию теробороны в Киеве по номеру 063 651 44 46. Зачем существует новый центр, и как идет набор в тероборону, разбиралась Liga.net.

Рекрутинговый центр теробороны – это комната в помещении Киевского городского центра помощи участникам антитеррористической операции. В комнате – около семи человек, несколько столов и всего один компьютер. На стенах висят плакаты с надписями: "Територіальна оборона Києва. Захищати місто може кожен. Долучайся" и "Київський міський центр допомоги учасникам АТО. Там, де тебе розуміють". Под кабинетом постоянно толпятся люди. Они собираются в две быстро обновляющиеся очереди, и сложно сказать, какая из них больше. Одна – из тех, кто хочет вступить в тероборону или хотя бы прощупать почву. Вторая – из журналистов, причем, в основном, иностранных.

Разговоры в очереди – философские и бытовые. "Меня, наверное, не возьмут в тероборону, но я хотя бы посмотрю, что там за люди сидят, – говорит мужчина на вид лет 75. – В Украине надо менять коренным образом все. А пока все не поменяется, мы так и будем попадать в ситуации, как сейчас". Мужчину лет 35 волнуют более приземленные вопросы: "Я служил в АТО, сейчас работаю в Киеве, но не официально. Хочу узнать, как вступить в тероборону, и даст ли мне это стаж для пенсии". Иностранные журналисты ютятся в углу и, в основном, молчат. Все эти люди ждут Павла Щибрю – сейчас он занимается теробороной в КГГА, но его основная должность – главный специалист аналитико-расчетного сектора оперативно-координационного отдела коммунальной аварийно-спасательной службы департамента муниципальной безопасности в КГГА. Если говорить проще, пресс-службы спасателей.

В теробороне Павел на общественных началах, но работы здесь намного больше, чем на основной должности. В начале февраля, когда только появилась горячая линия теробороны, Щибря болел коронавирусом. Сидел дома и работал. Говорит, уже тогда принимал по 70-90 звонков в день, на каждый уходило примерно 3-4 минуты. "Было еще терпимо", – говорит Павел. Сейчас звонков столько же, но еще каждый день на консультации лично приходят 8-12 человек и чуть ли не столько же журналистов – как повезет. 

Параллельно нужно налаживать операционные процессы – при нас Павел вместе с сотрудниками пытается настроить переадресацию звонков на горячей линии, но ничего не выходит. И заниматься популяризацией теробороны – снимать ролики о возможности вступить в батальоны (их сейчас постоянно крутят, например, в метро), договариваться об их размещении и рекламе в СМИ, вести группу о теробороне в фейсбуке, ездить на учения, выкладывать фото с них, аккредитовать медиа на эти учения. 

Всем этим можно было заниматься и на основном рабочем месте – как и принимать звонки на горячую линию теробороны. Но с 14 февраля Павел бегает между КГГА и рекрутинговым центром – хорошо, что оба они на Крещатике. 

– Этот центр нужен, чтобы люди понимали, что им делать и куда идти, – объясняет Щибря. – Не все знают, в какой военкомат им обращаться, не все могут погуглить. Да и наплыв людей сейчас большой, и наш центр разгружает военкоматы. А еще мы проводим первичный опрос – из какого района человек, сколько ему лет. Если старше 55 – говорим обращаться в добровольческие формирования, если военнослужащий или работает в полиции – объясняем, что заключить контракт нельзя.  

Квест со справками

Вячеслав Л. уже три недели собирает документы, чтобы вступить в тероборону. Ему 34 года, срочную службу не проходил, но сейчас считает важным попасть в резерв. Две недели назад Вячеслав пришел в Оболонский военкомат по месту жительства, где ему сказали: сначала нужно собрать справки от врачей, дальше – пройти медкомиссию, принести еще несколько документов и потом – заключить контракт в резерв. В военкомате предупредили: на сбор справок уйдет два-три дня. Но уже на этом этапе начался квест.

– Я записался к семейному врачу. Она дала направления на флюорографию и кардиограмму. На общий анализ крови не дала – сказала, что для военкомата это платно, – рассказывает Вячеслав. – Пошел к наркологу, сдал анализы за 231 грн. Сходил к психиатру. Тот попросил за справку 100 грн просто в карман (через кассу такая справка стоит 220 грн – Ред.), выписал ее без тестов или хотя бы вопросов о самочувствии. Дальше нужно было поехать за справкой в тубдиспансер, но там никто не брал трубку. Я приехал, мне сказали, что приходить нужно с флюорографией, а она у меня по записи только через четыре дня. На кардиограмму запись была вообще на через неделю. Что дальше, когда все это закончится, – даже пока и не знаю.

Квест хождения по врачам для Вячеслава еще не закончен, но почти каждый день он тратит на это от часа до четырех. Естественно, все это в рабочее время.

– Мне повезло, я работаю на удаленке, и если что-то не успеваю, могу доделать вечером или на выходных, – говорит Вячеслав. – Кстати, только из-за удаленки я могу пройти всех этих врачей сравнительно быстро. У большинства знакомых все эти процедуры тянутся еще медленнее. При том, что нигде под кабинетами у врачей нет очередей. Теоретически, можно получить все справки за три дня, но для этого должны сойтись звезды – чтобы все врачи были на месте и брали трубку, свободные места на кардиограмму и флюорографию должны быть прямо сейчас.

Фото: Тамара Балаева

Павел Щибря в курсе того, как долго все происходит. И согласен, что мотивации людям, которые хотят вступить в резерв теробороны, это не добавляет.

– Да, это проблема. Но в том числе эта проблема появилась из-за недальновидности людей, – считает Щибря. – До пандемии и ажиотажа с теробороной было реально собрать справки за три дня. Сейчас, конечно, это другой вопрос. Многие врачи болеют, их нет на месте. А люди как раз проснулись. Восемь лет в стране война, но им не было это интересно. Теперь Кличко сказал про тероборону, и они жалуются, что придется стоять в очереди за справкой. Конечно, придется, потому что никто не рассчитывал, что в день будут приходить по 30 человек.

У Вячеслава и других людей, которым приходится ездить за справками в разные концы города, платить за них деньги, отпрашиваться с работы, создается впечатление полного хаоса в системе: тероборону рекламируют на каждом шагу, призывают заключать контракт, а когда доходит до дела – оказывается, что реклама в метро и информационная волна – это внешняя сторона медали, а на внутренней – сплошная бюрократия, которой не стало меньше даже сейчас, когда желание защищать страну, по идее, должно поощряться.

– На самом деле, систему немного упростили, – говорит Щибря. – Теперь человек приходит в наш центр или военкомат, пишет заявление, что хочет вступить в тероборону. И уже после этого сразу может ходить на тренировки, которые проводят батальоны по выходным. Параллельно он собирает справки и потом уже заключает контракт. Но давайте говорить по-взрослому. Вам не кажется, что бюрократические трудности, необходимость потратить три рабочих дня или неделю и немного денег на справки – не сопоставимо с вызовами, с которыми человек сталкивается во время боевых действий? Мы можем потерять семьи, здоровье, жизнь, страну, а они жалуются, и их демотивирует необходимость собирать справки. 

После подписания контракта

Чтобы попасть в тероборону Киева, нужно подходить под четыре критерия: возраст 18-57 лет, фактическое проживание в столице (прописка не обязательна), отсутствие судимости и медицинских противопоказаний. Щибря рассказывает, что восемь из десяти людей, которые приходят сейчас, не имели раньше отношения к армии и часто даже не проходили срочную службу.

–Часть тех, кто приходит – юристы, учителя, студенты. Есть те, кто волонтерил или сейчас волонтерит для армии, – рассказывает Щибря. – А есть люди с боевым опытом или участники разных общественных организаций, у которых есть навыки, но для них вступить в резерв – это способ легализоваться. Получить адекватного командира, оружие и полномочия его использовать.

После подписания контракта, говорит Щибря, резервисту выдают форму и обувь. А на стрелецкие дни – еще шлем, бронежилет, боевое оружие и патроны. Правда, Павел уточняет: это тоже вопрос бюрократии и логистики, и в разных батальонах разные сроки выдачи обмундирования: кому-то дают сразу, кому-то через неделю, месяц или даже три.

– Резервисты не получают зарплату, это добровольная служба, – продолжает Щибря. – Но в особый период, если их вызывают, у них есть выплаты соответственно званию и сохраняется их зарплата на основном месте работы. По крайней мере, если они на госслужбе. Обязательные сборы у резервистов – 10-30 дней в году. Учения по выходным – добровольные. Контракт заключается на три или пять лет.

Учения по выходным, о которых говорит Щибря, каждый батальон проводит отдельно, единого центра подготовки нет. В Киеве этим занимаются батальоны не всех районов: "это вопрос ответственности отдельных командиров". Самый активный – Соломенский. Он тренируется на Троещине, и туда же приезжают желающие из других районов.

– Соломенский батальон каждую неделю проводит тренировки. Почти каждую – Дарницкий и Деснянский, – рассказывает Щибря. – Некоторые другие батальоны привлекают общественные организации, которые тоже тренируют население.

Щибря не сообщает, на сколько процентов уже укомплектована киевская бригада теробороны. Но говорит, что если бы все, кто звонят и приходят, заключили контракт, укомплектовать ее можно за несколько дней. Правда, до конца процесса доходит меньшая часть.

– Из 100 людей достаточно мотивированными, чтобы закончить все бумажные дела, оказываются только 15-20, – говорит Павел. – Командир батальона выберет из них, может, 10, отсеяв тех, кто не подходит по морально-деловым качествам. Но ничего не поделаешь, это закон Парето, который действует во всех сферах и в любое время: из 100% усилий только 20% приносят пользу. Такова жизнь, и наша работа – не зря. 

Время идет. Вячеслав Л. И другие добровольцы продолжают собирать справки. Хватит ли их настойчивости пройти весь этот квест – неизвестно.

 

"Три недели собираю справки". Почему запись в тероборону превращается в хождение по мукам

специальный корреспондент LIGA.net
Если Вы заметили орфографическую ошибку, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter.

Комментарии

Последние новости
Популярное